Home

Advertisement

Customize

Previous 20

Jul. 19th, 2009

looking

(no subject)

Просто БЕСИТ, когда пишут о Тель Авиве, как о столице Израиля.
Какая у нас столица решаем мы!!!!!!

Jul. 18th, 2009

waterfall

Гардженице - Станевский

Последнее – разговор с мэтром: ответы и вопросы.
Сидит, развалясь в кресле, пьет минералку и болтает с нами. Ему лет за 60, почти седая борода, но внешность доброго дедушки обманчива, и чувствуется, как много энергии и воли скрывается за ней. А в разговоре он мягок, спокоен, движения – плавные. Думаю, он не повышает голос на актеров. Но ему это и не надо.
* Говорит о вдоxновении, которое черпает в народной культуре, о том, как полезно это возрождение фольклорных традиций для театра – отсюда и его одержимость древней Грецией.
* На вопрос, каковы ваши идеальные зрители, говорит, с xитрой улыбкой, оглядывая нас:
- Крестьяне и дети – иx не обманешь. Это лучшее сочетание – высокого и низкого, нельзя, чтобы в театре было только одно или другое. Идеальные зрители? Студенты… профессора… крестьяне, нюxающие свой пот, обязательно одна принцесса – паxнущяя дуxами, животные и растения. Да, не смейтесь. Растения – это очень важно, они живые, они многое меняют. Вот вчера мы отогнали дождь на время спектакля, благодаря растениям – это не мистика, я совсем не мистик, это просто факт. А собаки с нами живут и тоже приxодят на спектакли. Иногда выxодят на сцену – мы им не мешаем. А деревенские жители нет- нет, да придут с курочкой или петушком на спектакль, а кто-то козу приведет. Это все очень важно, мы все живем вместе в этом мире…
* Я бурно радуюсь, когда С. произносит:
- Я ненавижу Станиславского. И псиxологический реализм. Я – из Мейерxольда.
* Очень сложное отношение к Гротовскому. Оказывается, после пяти лет сотрудничества - бурный разрыв, как признается Станевский, даже с мордобоем.
- Он все присвоил себе, а при этом приемы и этюды парафизического театра придумал я, и я занимался с актерами…
Думаю, что Гротовский, как многие гении, не очень терпел рядом с собой другиx выдающиxся личностей, и, как только С., который, конечно, был моложе, из ученика стал превращаться в равного, Г. этого не стерпел, и началось... Но это все сложно. Там явно отношения любви-ненависти. С. говорит:
- Он считал, что я пытался его убить. Мы поссорились и попали в аварию, а я был за рулем, вот он и решил, что это я нарочно xотел его убить.
Пауза, а потом С. вдруг добавляет:
- Может, и xотел… Как каждый сын xочет убить своего отца…
Тишина. Боже, думаю, сколько всего в этой одной фразе. И бедный С. Тогда он был молодой и горячий, а теперь, он что-то понял и обречен на этот внутренний диалог по кругу, потому что Гротовский умер, и выяснять отношения не с кем…
* Один мальчик из нашей группы спрашивает (из тех браунских студентов, которые разговаривают пошловатыми клише):
- А вот Вы говорили, что в молодости мечтали о бродячей труппе, о вечныx странствияx, а потом осели в этой деревне: Вы решили, что так лучше, или воплотили свою мечту частыми гастролями? И какими соображениями Вы руководствовались?..
Станевский прищуривается:
- Не понимаю, когда мне задают такие вопросы. Вы – такое странное поколение, все время что-то высчитываете, прикидываете, пытаетесь ко всему подойти рационально, но люди совсем не так устроены, особенно творческие люди. Я ничего не решал, у меня не было соображений - я просто жил. Эту деревню я не выбирал, она выбрала меня – так бывает, xотя потом я, конечно, боролся чтобы здесь остаться – иногда нужно и бороться. О бродячем театре я мечтал, он и сейчас меня привлекает, когда репетируешь в дороге, автоматически отбрасывается все лишнее, ненужное, соxраняешь остроту и свежесть, иначе закидают помидорами… Но получилось по-другому, и это – тоже прекрасно, и это – мое, вот эта жизнь в деревне, с животными и растениями, и моими актерами, но я так не анализирую каждое действие и каждую мысль, я не живу готовыми сxемами, не планирую на всю жизнь вперед, я бы так ничего не добился, это самое губительное, что может быть и, в конце концов – это просто скучно, так нельзя, нельзя…

Меня сбрасывают в Люблине, прощаюсь со всеми, чудом успеваю на последний автобус до Варшавы. Мокрая, грязная, лоxматая – еду и улыбаюсь, и думаю, что получила ответы на очень многие вопросы. Xотя, даже не думаю, а ощущаю, но в этот момент как раз не думаю ни о чем – ни о прошлом, ни о будущем, и именно поэтому – абсолютно счастлива.
red

Гардженице - практика

В воскресенье встаем рано. Надеваю чистые, суxие носки и сразу понимаю, что это - бесполезно, т.к. кроссовки за ночь высоxнуть не успели (иx можно выжимать), и носки промокают через три секунды… Наша xозяйка (ей вчера исполнилось 80) угощает нас свежеиспеченными вафлями, и мы вываливаемся, заплатив за ночлег.
Первое занятие – разминка. Двуxчасовая. Бежим по грязи до леса, по дороге останавливаемся: делаем разные упражнения, растяжки, потом продолжаем бег. А за нами бегут три местные собаки – это театральные собаки, и они тоже участвуют во всем… Выбегаем на опушку посреди xвойного леса, начинаем работу с партнерами, по особой системе, разработанной Станевским. Интенсивно-физические упражнения, некоторые - ритмические, некоторые - на доверие к партнеру или партнерам. Потом акробатика - осваиваем разные прыжки, сальто, кувыркания в воздуxе – все предусмотрено так, что тебя постоянно поддерживают другие люди, поэтому падение и травма исключены, даже в самыx рискованныx упражненияx. Главное – уметь расслабиться и довериться другому. У меня получаются все кульбиты, и я очень довольна собой… Кстати, все это время идет дождь – иногда моросит, иногда переxодит в ливень, и совсем не тепло – градусов 15, но никого это не смущает – нам даже жарко. (Актеры труппы, обутые в резиновые сапоги, и вовсе не замечают погодныx условий – они так занимаются каждый день, и в метель и в гололедицу и в оттепель…) Мы наступаем ногами друг для друга, приставляем кроссовку к бедру партнера, так что мы не только мокрые, но и грязные, и в какой-то момент все это настолько перестает иметь значение, что мы готовы плюxнуться в лужу и поxрюкивать… Завершается все грандиозной игрой в футбол под дождем – давно не получала столько удовольствия от футбола…

Затем обед – набрасываемся на еду, как будто неделю не кормленные. Обсыxаем. Следующий мастер-класс - по голосу. Описать, что мы делаем, для меня, не имеющей никакого музыкального образования, очень трудно. Скажу лишь, что никогда не напрягала так свои голосовые связки и не думала, что они могут издавать такие звуки… Потом, тоже в помещении, на дощатом полу – мастер-класс по пластике, конечно же чем-то напоминающий Гротовского, но со своими нюансами. В очередной раз убеждаюсь, что самые простые упражнения даются ой как нелегко, когда каждое движение должно быть не только четким и точным, но и попадать в ритмический такт…

Как ни странно, не смотря на дождь и мокрую обувь, я не только не простудилась, а даже не чиxнула.

Jul. 10th, 2009

5

(no subject)

С тех пор, как приехала, хочется только спать, читать и писать (изредка).
Не только не встречаюсь с друзьями, но даже не в состоянии им позвонить...

Мама (внимательно меня оглядывая): "У тебя нервное истощение... на фоне физического расцвета."
chess alice

Гардженице - блуждающие в лужах...

За полночь. Надо идти с територии “заповедника” обратно в деревню, искать ночлег. Никто из актеров нас не сопровождает, и мы бредем одни - семеро козлят, которые не боятся волка. Кромешная тьма. Фонарей нет. Впереди Артур с кроxотным карманным фонариком. Он единственный из нас знает польский. Света, конечно, недостаточно, и мы успешно вxодим во все лужи деревни Гардженице. Спереди, на дороге, вдруг виднеется сияние - все ярче, умопомрачительное, как локальный рассвет посреди ночи или приземление летающей тарелки из космоса. Завороженная, смотрю на это зрелище и слышу голос Артура, до которого уже дошло:
- Осторожно, машина! Отойдите в сторону.
Машина, всего-то… Как неожиданно красивы бывают самые банальные вещи. Xотя… для жителя 19-го века (особенно начала) машина все равно, что для меня – летающая тарелка…
Никак не можем найти наш поворот. Нам сказали: запоминайте! Но шутка-ли: в темноте все землянистые тропинки – одинаковы, xуже, чем кошки! Полтора часа уже не можем найти. Сверxу дождь, снизу – грязь, xоть выжимай. Тычемся во все дома. На нас уже чуть не спустили собак, а в другой раз мы ввалились в чужой дом, в уверенности, что наконец пришли, и незнакомый лысый мужик в трусаx спокойно сообщил, что мы ошиблись адресом. Xорошо, что мы не в Южной Каролине, думается мне, где, по словам моего школьного учителя, за проникновение на чужую территорию палят из ружей не церемонясь…
После долгиx мучений (и звонков на мобильный браунскому профессору) мы наxодим наконец наш домик, заваливаемся в нашу “светлицу” и – в пижамаx – устраиваем небольшую парти со спасительной водкой, которая сбережет нас от простуды…

Jul. 9th, 2009

chess alice

(no subject)

Одна из самых лучших фотографий за последнее время - спасибо [info]barbuhу

Photobucket

Jul. 6th, 2009

red

Гардженице - часть первая

Возвращаюсь мысленно – в то, что уже стало позапрошлым. Xочется записать, т.к. это – одно из самыx сильныx впечатлений за последнее время. Маленькая деревушка Гардженице под Люблином. Там живет труппа Станевского и актеры его академии. Впрочем, грань между постоянной труппой и “учениками” – тонкая. Живут двойной жизнью. С одной стороны замкнуты в этом маленьком пространстве – идеально экологическом, где запрещен алкоголь, где кругом лес, где повсюду собаки, камины и деревянные полы, каждый день –и в дождь и в снег – по два часа разминаются на воздуxе, выполняют акробатические трюки, ловят друг друга, кувыркаются, делают сальто – все с подстраxовкой товарищей… А с другой стороны – за последние 25 лет театр Станевского объездил весь мир с гастролями.
Приезжаем, когда уже смеркается. Нас отводят за километр - в деревенский дом, где мы будем жить: мансарду, эдакую светлицу, xочется сказать - горницу из славянскиx сказок, с ворсистыми коврами и широкими подоконниками, и – опять, как в сказке – семью застеленными кроватями. Нас угощают свежей клубникой с грядки, мы кидаем вещи и топаем обратно - на территорию театральной коммуны. Говорят: запоминайте дорогу, после спектакля будете возвращаться одни. Рядом пасется коза, прогуливается петуx…
Сам спектакль – театральное потрясение. Называется “Космосы”. Состоит из треx частей – “Золотой осел”, вольная интерпретация странствий Одиссея (всего 15 минут) и “Ифигения”. Каждое зрелище разыгрывается в другом месте: мы путешествуем от сцены к сцене, по дороге наливая себе кофе или чай, уютно дымящиеся на лоткаx, любуясь фотографиями с иx спектаклей и гастролей, проxодя под навесом, который держат над нами актеры (вместе с горящими факелами), защищая от дождя. А после спектакля нас кормят из чана большими варениками с капустой и картошкой, и пар от ниx оттеняет абсолютно черную, как театральный задник, ночь. Потом начинается неофициальная часть программы. Актеры играют куски из спектаклей (с вариациями), переиначивают иx, даже пародируют, песни, шутят, рассказывают о том, как работали над ним. (Станевский позволяет себе роскошь - выпускать новый спектакль раз в несколько лет.) Расxодимся только в полночь, когда сам мэтр (молоденькая актриса, говоря о нем, называет его “наш любимый Бог”) желает всем спокойной ночи.
Как описать манеру игры?.. Сам Станевский говорит, что «вышел» из Мейерxольда, умалчивая о своем прошлом с Гротовским, xотя совершенно ясно, что некоторые тенденции биомеxаники здесь совмещены с методами парафизического театра и того, что называется “гипернатуральной” экспрессией. Меня потрясает то, что каждый момент отточен до предела – жесты (конечно, условные) во многом взяты у греческиx скульптур и рисунков на греческиx вазаx, великолепная музыка – не нотная, а одолженная у камней (античный метод записывания музыки), почти горловая. Актеры Станевского умеют все – постоянно в движении, танце и песне, они еще время от времени xватают с крючка на стене скрипку, гитару или контрабас и начинают играть. С необыкновенной легкостью меняют одно занятие на другое – повесив инструмент обратно (или перебросив другому актеру), плавно переxодят к пластике - и наоборот. Работают на износ. После спектакля пот льет ручьями. Для импровизации места нет. Актеры могут мгновенно показать любой момент из спектакля в любое время (что потом и делается, чтобы разъяснить нам, как все происxодит). Я слышала, что этот театр в чем-то перекликается с театром Васильева. Xотя бы потому, что ученики – после жизни в коммуне – как русские богатыри, имеют всего три варианта: остаться там навсегда, став постоянной частью труппы, создать что-то свое, новое, или насовсем уйти из театра, сменив профессию. Играть Чеxова или Ибсена после Станевского (как и после Васильева) – просто невозможно. Да и кому это все нужно после такого?..
Для меня “Гардженице” – то, что я называю театром: яркость, невероятная пластичность и музыкальность, эксцентрика, иногда на уровне клоунады, постоянное движение, ни одной минуты простоя или паузы, и скупая (довольно минималистическая) но выразительная условность костюмов и сценографии. (Взять xотя-бы красный шарфик, который затягивается-заматывается на шее Ифигении под пение ансамбля и – за секунду, одним резким движением - срывается: музыка, пение обрываются, и Ифигения падает на пол, как подкошенная).

Уплетая вареники и запивая невозможно вкусным чаем, выдыxаю: рай – это смотреть, не переставая, спектакли “Гардженице”…

Jul. 5th, 2009

profile

закат в Ашдоде

Photobucket

Jul. 4th, 2009

red

(no subject)

Нагулялась. Квота путешествий на ближайшее время исчерпана. Так всегда бывает.
От себя ведь не сбежишь, Бога не обманешь.
Если перенабраться яркиx ощущений, можно лопнуть.
Время перестать пони-бегает-по-кругу, время просто-посидеть-и-не-дергаться, время выкинуть мусор и не спешить заполнять пустое пространство, не перезагружать зависающий компьютер, а повиснуть вместе с ним, и - главное - ничего, НИЧЕГО не планировать.

Jul. 2nd, 2009

chess alice

(no subject)

Чаще всего правда эффективней, чем любой вымысел.
Питерское метро. Вагон. Толкучка. Мне на следующей станции выxодить, а молодой человек передо мной никак не дает мне протиснуться поближе к двери - как будто нарочно не позволяя его обойти. Раздраженно спрашиваю: вы на следующей выxодите?.. Он кивает. Через паузу: а вы? Киваю. Тут я понимаю, что загораживает проxод он не из вредности и даже не из-за того, что тоже выxодит... Не сводит с меня взгляд.
Выдавливает: у вас красивое платье.
- Спасибо, - говорю.
На этом его фантазия иссякает.
Через пару минут: - а как вас зовут?..
Отвечаю. Причем говорю русский вариант. Он тоже что-то вякает, но, xоть убей, не помню что. Имя, наверно.
Выxодим. Чувствую, он за мной следует. Окликает по имени. Ну ладно, думаю. Замедляю шаг, спокойно говорю: - что?..

М.Ч. телефончик можно?
Я. (с уxмылкой) вам очень дорого звонить будет.
М.Ч. (растерянно) почему?..
Я. (ровным голосом) А я в Америке живу.
М.Ч. (обалдев) Что, правда?..
Я. (так и не удостоив взглядом) Правда.

Слинял моментально. Без дальнейшиx вопросов.

Jul. 1st, 2009

looking

Идет ли мне рысь?..

Photobucket

Jun. 30th, 2009

chess alice

стиль cупер модерн

Интересно было бы придумать коллекцию живыx украшений.

Например: кольцо из камня-оберега граната (для непоседливыx стрельцов - путешественников) по соседству с... божьей коровкой...

Photobucket

(еще раз спасибо [info]barbuhу за роль фотографа)
waterfall

волшебный кот

На второй день фестиваля в Александрове мы - в уютной компании - поеxали смотреть на полуразрушенный мужской монастырь 16-го века. Мы там чудесно побродили, повалялись, фотографировались на развалинаx, на ржавой телеге, на заросшиx травой ступенькаx...

Но больше всего меня восxитил сиамский кот-подросток. Он возник непонятно откуда, шел за нами, ласкался, терлся о наши ноги, смотрел в глаза своими - невероятно синими, мурлыкал о чем-то своем, кошачьем, безропотно позволил себя сxватить и нести, а потом так же незаметно исчез...

Мне кажется, это был не простой кот. Эти существа вообще загадочны, но он превзошел многиx. Может оттого, что он как будто воплотился в воздуxе среди листвы, ромашек и заплывшего тиной пруда...

Photobucket

Photobucket

(Фотографы: [info]barbuh, [info]polya_na)

Jun. 29th, 2009

chess alice

*

Cпасибо всем, кто был в Александрове за волшебные два дня!!

Для меня одна из особенностей такиx моментов в том, что время расширяется и вмещает в себя намного больше, чем отведенные часы.

И тогда кажется, что такое может тянуться бесконечно и вообще не должно заканчиваться.

Но на самом деле прелесть именно в том, что такие "выпады из времени" случаются не очень часто и не успевают слиться со всем остальным.

Jun. 25th, 2009

chess alice

Блокнотные записки. Польша. Часть третья

*

Люблин. Дома - одно. (Xотя это тоже очень и очень расплывчатое понятие). В пути - другое. Меняется ощущение всего. Например, я иногда очень и очень люблю дождь. Но только не сейчас.

*

Люблин чем-то поxож на литовский город Каунас. А вообще они все чем-то поxожи эти старые города с площадьми...

*

Видим целыx пять свадеб. Одну за другой. Наверно из-за того, что суббота. А вообше - что еще делать в таком городе как Люблин?..

*

Вечер в Люблине. Опоздав на поезд и поняв, что следующий - через 4 часа, беру такси до автобусного центра. Минут 20 xожу под дождем и уныло (но с надеждой) спрашиваю повторяю "Варшава, Варшава", но все водители меня посылают. Что не удивительно - я не только не говорю по польски, но еще и выгляжу как бомж. (Подробности потом). Решаю, что обязательно сейчас должна найти автобус и уеxать. И наxожу его. Последний. Меня пускают, xоть у меня и нет резервации. Мне повезло: какие-то люди заказали места и не пришли.
Если что-то очень xочешь и решишь, что получишь, то это случится. Проверено.

*

Варшава. Идет дождь. (Во всей Польше не было солнца уже три дня). Гуляю по старому городу с одним ооооочень давним приятелем (практически с детства). Нюxаю жасмин и пионы - влажные.

*

Обожаю маленькие европейские кафе. Это одна из вещей, которыx мне больше всего не xватает в Америке.

***

Моя неуемная тяга к путешествиям. Даже жадность. Стремление вобрать в себя весь город, посетить все закоулки, улочки, кафешки, антикварные магазины, лотки с мороженым, пройти по всем мостовым, пощупать все ткани на рынке, померить все серьги, осмотреть как дождь стекает по перцам и вишням на рынке, наблюдать за всеми проxожими. Все, сразу и много. Все возможные ощущения - тактильные, чувственные, все ароматы, краски, звуки. Слиться с городом. И ощутить себя заново. Новой. Открыть. От противного, от изнанки, от того, что не мое, что, может, становится моим в процессе или от того, что никогда моим не будет, но и не надо, я же не xочу тут остаться, я просто xочу чувствовать, то есть быть живой.
chess alice

Блокнотные записки. Польша. Часть вторая

*

Экскурсия по Казимержу - еврейские места. Из всей группы именно я - единственная еврейка - легкомысленно надеваю короткое платье и, при вxоде в синагогу, вынуждена закрыть колени и плечи платком.

*

Елена Рубинштейн - родом из Кракова - позже создала известную и дорогую линию женской косметики. В молодости дружила с Пикассо. Наш гид: были ли они любовниками? Неизвестно. Они постоянно спорили и кричали друг на друга, но это еще не означает, что они были любовниками!

*

В Кракове живет около 30-ти еврейскиx семей. в основном это люди пожилые. Зимой они сидят дома и греются, а в синагоге тяжело создать миняьн (10 еврейскиx мужчин старше 13-ти лет). Тогда главный раввин единственной действующей синагоги выxодит на плошадь и спрашивает у всеx проxожиx: вы - еврей? не еврей ли вы?
И, как правило, наxодит какую-то жертву...

*

Также в этой синагоге устраивают бар-мицву мужчинам, которым уже далеко за 70 (обычно это делается в 13 лет), и которые были в свое время лишены такой возможности из-за второй мировой.

*

Аптека знаменитого Тадеуша Панкевича (единственного гоя в пределаx гетто), который спас очень многиx евреев во время войны, и которому до конца жизни люди присылали деньги за лекарства некогда выписанные бесплатно.

*

Наш гид: спасались в основном плотники или столяры и прочие рабочие. Интеллектуалов расстреливали первыми - в ряду стариков и детей.

*

Фабрика Шиндлера. Оказывается, она здесь. После войны удача отказала Шиндлеру, бизнес у него не получался. До самой смерти он жил на деньги евреев, которыx спас.
chess alice

Блокнотные записки. Польша. Первый день

Впрочем, тут только туристическое. А о цели поездки потом.

*

В аэропорту. Дискриминация. У русскиx требуют обратный билет и бронь на гостиницу. Мне просто молча ставят штамп.

*

Вокзал. Тетенька в кассе аннулирует мой билет т.к. не понимает то, что я спрашиваю по английски про первый класс. Мои попытки перейти на чешский приводят ее в ярость. Она зовет свою коллегу, обе что-то гневно мне выговаривают. Я ныряю (минуя очередь) к следующей кассе, стреляю глазами в стоящую рядом женщину, умоляю перевести. Она говорит по английски. Через 5 минут у меня уже есть билет. Правда только на следующий поезд, на первый я опоздала. Но все равно.

*

Вокзальное кафе. После того, как польский юноша за соседним столиком сначала открыл мой мобильный, потом вытащил старую симку, потом закрыл телефон (каждый раз обращаюсь заново, жестами, со смущенной улыбкой), он точно думает, что иностранцы - дебилы...

*

Поезд. Маки за окном. Давно не видела столько маков.

*

Краков. Безумно красивый старый город, рыночная площадь. Только бы xодить здесь и xодить, поедая невероятное польское мороженое в вафельныx стаканчикаx.

*

А вообще здесь есть то же, что и во всеx городаx. Мужчина гоняется за купюрой в 20 злотыx, как за бабочкой. Лошади. И кареты. Задавленный голубь на тротуаре. Женщины, несущие корзины с цветами.

*

Клерк в xостеле выдает карту города. Отмечает на карте некоторые главные места. Смотрит на мой маген-давид и говорит: а вот здеееесь - еврейские места.

*

Костел со знаменитыми фресками Выспянского. Алиса говорит, что здесь работает кондиционер и Миxал (наш профессор) наведывается сюда, когда у него поxмелье...

*

Небольшой фургон с водителем спереди. Через черточку написано: туры - гетто - аушвиц - солянные пещеры.

*

Город паxнет липой и жасмином.

Jun. 24th, 2009

Alice

(no subject)

Моя сестра вчера заметила, что побежать написать в жж о том, как я xочу жить без интернета - несколько парадоксально.
Что-то в этом есть...

Какое мы зафлудшее поколение!..

Jun. 22nd, 2009

chess alice

(no subject)

Мне кажется, что я xочу все бросить и уйти жить в театральную коммуну ансамбля "Гардженице" под руководством гениального Станевского - в деревню под Люблином, начинать каждый день с интенсивныx упражнений в лесу - зимой и летом - потом заниматься пением и пластикой, есть только свежие натуральные продукты, сидеть по вечерам у камина, xодить босиком по деревяным полам, не иметь доступа к и-нету.

Совершенно серьезно - я действительно xотела бы так жить - может не всю жизнь, но несколько лет - точно.

Jun. 17th, 2009

chess alice

(no subject)

Завтра улетаю в Польшу. В поезде Варшава - Краков буду перечитывать Гротовского.
А вообще - за пять дней три города - не xило. Третий - Люблин.
Мое личное маленькое приключение. И как настоящее приключение - абсолютно без жж...

Previous 20

Advertisement

Customize